Свобода слова

После нескольких дней тошнотворных раздумий наткнулась на статью, которая точно передаёт моё впечатление от происходящего. Продолжу её благие мотивы. Страшно жить в том мире, где:

1. В социальных сетях появляется функция «сообщить своим близким и знакомым, что ты пережил теракт». Согласитесь, стынет кровь, когда произносишь вслух: «Мама, я живой». А что будет в следующий раз? Какова градация? Вверх или вниз?

2. Всё в тех же соцсетях разразились споры о том, какой флаг устанавливать на «аватарку»: российский или французский. А кому вы сочувствуете больше? Простите, можно постучаться в Вашу дверь? Разве горе бывает бо́льшим или меньшим? Оно всеобщее! Хватит уже писать про ваше или не ваше горе, «правильное» или «лживое», лучше пойти кровь сдать, хоть чем-то поможем. Зачем что-либо устанавливать, а если установили – то это право любого человека, а вы не можете его осуждать. Свобода, товарищи, свобода. А если честно, ваши счастливые лица, голые тела и т.д. на фоне флага, не важно какого, доводят до истерики.  

3. Мы действительно разучились соболезновать. Вместо того, чтобы выплакать всё горе вместе, мы говорим, что всё прошло, пройдёт и это. Я сама так много раз говорила, а правильно ли это? Каждый раз не знаю, как себя вести. Может быть это из-за того, что со мной никто никогда не плакал. Я научилась быть сильной, сдерживать свои эмоции, выплёскивать гнев на бумагу, а не на людей – им тоже больно (многим ещё больнее, чем мне), и нужны ли кому-нибудь мои проблемы. Когда год за годом теряла близких, то лучшим «лекарством» были работа-работа-работа, ну, и танцы. Странное сочетание, согласна, но, чтобы станцевать верно, красиво, нужно отключить голову, перестать думать. Улыбаемся и машем, как говорится. Я не знаю другого «лечения», рецепт уже много лет никто не может выписать.

4. Мы готовы винить в бедах кого или что угодно. А себя не пробовали? Мы же забываем, что значит истинное сопереживание, любовь, забота. Многим важнее купить стильные джинсы, а не билет на поезд к родителям. Как говорил Н. Минский: «Возлюби ближнего своего, как самого себя. Но как я могу полюбить его, если самого себя я ненавижу». Вот так и живём мы, ненавидя себя и всех, кто нас «не понимает». Может, стоит выйти за пределы собственного «я» или купить билет в иную реальность.   

Горестно и тошно понимать, что, к сожалению, беда нас не объединяет, а лишь разобщает.  

И себе на память письмо А.П. Чехова своему брату, талантливому художнику.

Воспитанные люди, по моему мнению, должны удовлетворять следующим условиям:

1) Они уважают человеческую личность, а потому всегда снисходительны, мягки, вежливы, уступчивы... Они не бунтуют из-за молотка или пропавшей резинки; живя с кем-нибудь, они не делают из этого одолжения, а уходя, не говорят: с вами жить нельзя! Они прощают и шум, и холод, и пережаренное мясо, и остроты, и присутствие в их жилье посторонних...

2) Они сострадательны не к одним только нищим и кошкам. Они болеют душой и от того, чего не увидишь простым глазом...

3) Они уважают чужую собственность, а потому и платят долги.

4) Они чистосердечны и боятся лжи как огня. Не лгут они даже в пустяках. Ложь оскорбительна для слушателя и опошляет в его глазах говорящего. Они не рисуются, держат себя на улице так же, как дома, не пускают пыли в глаза меньшей братии... Они не болтливы и не лезут с откровенностями, когда их не спрашивают... Из уважения к чужим ушам они чаще молчат.

5) Они не уничтожают себя с той целью, чтобы вызвать в другом сочувствие и помощь. Они не играют на струнах чужих душ, чтоб в ответ им вздыхали и нянчились с ними. Они не говорят: меня не понимают!..

6) Они не суетны. Их не занимают такие фальшивые бриллианты, как знакомство со знаменитостями, восторг встречного в Salon’e, известность по портерным...

7) Если они имеют в себе талант, то уважают его. Они жертвуют для него покоем, женщинами, вином, суетой...

8) Они воспитывают в себе эстетику. Они не могут уснуть в одежде, видеть на стене щели с клопами, дышать дрянным воздухом, шагать по оплёванному полу, питаться из керосинки. 

8-14 września. Rzeczpospolita Polska

Никогда-никогда один город не будет для вас одинаковым. Даже если вы бывали там множество раз, каждый новый визит окутан особым настроением, сопровождается улыбками разных людей, погода либо радует, либо удивляет. Каждый раз уверяю себя, что не стоит возвращаться в те страны, где уже бывала, но не могу удержаться – ради любимых людей готова на многое.

Так после длительных перелётов-переездов я снова ступила на польскую землю. Первым меня встретил Tomaszow Mazowiecki (Томашув Мазовецкий), где царят покой, гармония и небывалый уют.

Если многие друзья советуют побывать в каком-либо городе – поезжайте! Так мы оказались в Кракове (Kraków).

Всегда нужно искать как можно больше положительных моментов даже в самых печальных ситуациях: жили в хостеле над ночным мужским клубом – зато в центре Кракова и лишь одну ночь; было холоднее, чем мы ожидали – зато кофе очень вкусный, а настойки в баре по студенческому тарифу (впервые обрадовалась, что до сих пор записана в университете); карты города нарисованы вверх тормашками – зато у нас был свой переводчик, случайный гид украинского происхождения и владелец кафе в еврейском квартале.
Поляки – очень милые люди: оставляют записки на чеках, разъезжают по городу на странных велосипедах, говорят на прекрасном языке, очень душевные, солнечные и дружелюбные. 

Старый город мы открыли благодаря «Good Cracow Tours». Евгений, бывший украинский юрист, сейчас получает удовольствие от жизни (и это вовсе не метафора), проводя пешеходные экскурсии. Он даже светится от счастья, когда дарит людям улыбки, находит нужные ракурсы, подбирает правильную музыку. Я его прекрасно понимаю!  

Краков – это город, в котором до сих пор живут драконы, романтика и дух старины. Из башни церкви Св. Марии (Bazylika Mariacka w Krakowie) до сих пор каждый час доносится музыкальное приветствие смотрителей. 

Нам повезло побывать в правильных кафе, встретить отзывчивых людей, каждый раз мы разговаривали на своём собственном «суржике» или просто выталкивали Женю вперёд. 

Вавель (Wawel), на который оставалось совсем немного времени, мы успели оббежать лишь снаружи, но даже эта малая часть удивила своим величием.  

Еврейский квартал, с виду кажется обветшалым, заброшенным и бедным, но если приглядеться, то непременно можно увидеть свой шарм, нотку крепких семейных уз и море аутентичности.    

Побывали на дамбе Smardzewice, название которой сложно выговорить. Где-то неподалёку живут зубры.

На велосипедах доехали до гротов (Groty Nagórzyckie), где я умно поддакивала и делала вид, что понимаю быструю польскую речь. 

Добрались до заповедника Rezerwat Niebieskie Źródła небывалой красоты.

А затем была Варшава (Warszawa), которую я хорошо изучила в прошлом году, поэтому самым важным была встреча с одним любимым человеком. С ней мы и побывали на концерте музыки Шопена в парке Łazienki Królewskie (как мне нравится название «лазенки крулевские»!).